«Сети под контролем: Эволюция цифрового пространства и вызовы свободы интернета»

Сеть интернет предоставляет возможность внедрять передовые технологии, такие как искусственный интеллект, прямо в мобильные устройства, открывая тем самым доступ к критически важным услугам для определённых пользователей. Более того, интернет можно рассматривать как «кровеносную систему» для блокчейна: благодаря устойчивости данных в сети процветает концепция open source и прогрессирует развитие альтернативных финансовых структур.

После принятия в 2023 году важного регламента MiCA, блокчейн-сектор в Европе стал более структурированным и предсказуемым, что повлияло на весь рынок.

Год 2024 станет временем внедрения множества новых законов, ориентированных на защиту цифровых прав граждан. Эти законы подразумевают справедливое распределение ролей больших технологических корпораций и их воздействие на рынок. Ключевыми задачами регулирования являются открытость данных, раскрытие end-to-end шифровки и контроль за искусственным интеллектом. Таким образом, 27 стран Европейского Союза могут превратиться в отдельный кластер в ранее единой мировой сети.

Основные инициативы Европейского парламента, направленные на защиту цифровых прав граждан, включают:

Некоторые нормативные документы всё ещё обсуждаются, например, Digital Fairness Act, который активно направлен на борьбу с манипулятивным поведением в интерфейсах приложений. Этот закон сталкивается с «тёмными» UX-паттернами, такими как скрытые кнопки «отмена», автоматические подписки и затруднённый выход из услуг. Также он должен противостоять «эмоциональному таргетингу» — показу рекламы, основанной на уязвимости пользователя.

Еще одна важная обсуждаемая инициатива связана с недопустимым контентом с участием несовершеннолетних. Законопроект CSAM/Chat Control, предложенный весной 2025 года, предоставит государственным органам доступ к ключам шифрования всех мессенджеров для анализа содержимого.

Некоторые государства, например, Германия, Польша и Нидерланды, выражают протест против этого предложения, указывая на потенциальные угрозы свободе слова.

В августе 2024 года Европейский парламент усвоил первый в мире ужесточённый закон, регулирующий ИИ в зависимости от уровня риска — Artificial Intelligence Act.

Категории риска:

Закон реализуется поэтапно, с первой категории, которая вступает в силу с февраля 2025 года, а высокорисковые сектора должны адаптироваться до августа 2027 года. ИИ-стартапы и крупные корпорации должны модифицировать свои алгоритмы в соответствии с новыми требованиями, иначе им грозит штраф до 7% годового оборота.

Закон требует от разработчиков:

Комплексные меры для обеспечения безопасности в цифровом пространстве требуют срочных действий со стороны всей отрасли. В течение следующего года или двух компаниям будет нужно адаптироваться к новой реальности или отказаться от обслуживания пользователей из еврозоны. За нарушение DSA и DMA предусмотрены штрафы до 6% и 10% от годового дохода соответственно. Эти законы применяются экстерриториально и распространяются на всех граждан ЕС независимо от их места жительства.

Согласно данным Freedom House, более трети интернет-пользователей из-за государственного контроля полностью ограничены в доступе к информации. Приблизительно такое же количество имеет «частичный» доступ, в то время как число «полностью свободных» пользователей едва достигает 17%.

Из 72 стран, включённых в исследование, лишь 19 имеют полноценный доступ к интернету, 32 — относительно свободный, а 21 страна страдает от жесткой цензуры.

На инфографике желтым выделены регионы с частичными ограничениями доступа в интернет. К ним относится Украина, где до февраля 2022 года интернет был свободным. Принудительные меры начали применяться с 2017 года с блокировкой ресурсов из России, включая «Яндекс», соцсети «ВКонтакте» и «Одноклассники». Более значительные изменения начали происходить через пять лет, когда ограничения коснулись практически всех ресурсов с доменным именем «.ru» и их зеркал, а данный список продолжает обновляться.

Блокировка осуществляется на уровне DNS и IP, провайдеры исполняют распоряжения, но многие пользователи обходят запреты с помощью VPN и протокола DNS-over-HTTPS (DoH). Эти протоколы шифруют запросы браузера на получение IP-адреса сайта и подменяют их.

Противодействовать таким мерам достаточно просто: для этого требуется минимальная подготовка и знания, чего обычно достаточно для нормальной собственной коммуникации.

Безусловным лидером в области интернет-изоляции останется Северная Корея, и это утверждение будет справедливым. В этой стране доступ к интернету имеют только элитные группы: высокопоставленные чиновники, хакеры и исследователи. Однако весь трафик жестко контролируется и фильтруется.

На Северную Корею в 2019 году приходилось 1024 IP-адреса, в основном принадлежащих государственным учреждениям. Основные подключения осуществляются через китайскую компанию China Unicom и, начиная с 2017 года, через российскую компанию «Транстелеком».

Для граждан доступен только разрешённый аналог — внутренняя сеть «Кванмен», содержащая преимущественно образовательные и пропагандистские материалы. Оператор сотовой связи Koryolink не предоставляет услуги мобильного интернета. Все смартфоны, произведенные в стране, имеют программные ограничения.

На карте свободы интернета Китай и Россия занимают огромные фиолетовые зоны. Эти страны успешно внедряют контроль «для защиты граждан» и имеют одни из самых низких оценок в мировых рейтингах.

Авторы исследования применяют комплексную оценку свободы интернета по шкале от 100 до 0, где низкие значения означают полную изоляцию. Если бы Северная Корея принимала участие в таких оценках, ей бы присвоили 0.

Китай создал крупнейшую в мире систему цифрового контроля, преобразовав интернет в технически мощную, но политически закрытую структуру. Свобода слова в этой стране сменяется автоматизированной цензурой, а независимая информация заменяется локальной пропагандой.

С оценкой 9 Китай на уровне с Мьянмой показывает образцы технокоммунизма через национальный шлюз Great Firewall.

Весь внешний интернет-трафик проходит фильтрацию с помощью DNS-спуфинга, выбора URL-адресов по ключевым словам и глубокого анализа пакетов (DPI). При обнаружении запрещённых терминов соединение принудительно разрывается.

Китай имеет собственные аналоги популярных платформ: так, Baidu замещает Google, WeChat — WhatsApp, а Weibo — X. Алгоритмы автоматически удаляют публикации и блокируют аккаунты. Вся активность пользователей отслеживается в режиме реального времени:

Обход Great Firewall является технически трудной задачей, так как Китай активно препятствует любым формам туннелирования и шифрования. Однако даже в условиях строгой цензуры независимые исследователи, разработчики и журналисты находят слабые места.

Среди примеров успешных приложений для обхода Great Firewall можно выделить:

Россия принимает аналогичный курс, следуя примерному пути соседей. Интернет в стране ещё не полностью изолирован, но быстро движется к модели «цифрового суверенитета» по китайскому образцу с контролем, фильтрацией и санкциями за онлайн-деятельность.

С 2019 года, когда был принят Закон о суверенном интернете, возникла вероятность отделения российского сегмента сети от международного. Роскомнадзор с 2020 года активно использует DPI-оборудование, а с 2023 года проводится тестирование национальной системы DNS. Также усиливается давление на VPN-сервисы.

Иран, находящийся между Китаем и Россией в рейтинге свободы интернета, развивает свою национальную информационную сеть SHOMA. Это пространство подвергается строгому контролю с цензурой и отключением связи. Власти регулярно закрывают доступ в регионах, где проходят протесты, таких как Курдистан и Белуджистан, аналогично Северной Корее, где запрещены почти все ресурсы, включая сайты СМИ и правозащитников.

Туркменистан также можно отнести к государствам с жесткой цифровой изоляцией. Это страна, богатая природными ресурсами и имеющая крепкие связи с Китаем.

Позиция стоя у золотой статуи Туркменбаши в Ашхабаде не предполагает возможности поделиться эффектным селфи, ведь мессенджеры и видеозвонки там под запретом. Весь контроль сосредоточен в руках одного оператора — «Туркментелекома», который предоставляет дорогие и медленные услуги.

Интернет в Туркменистане остаётся роскошью, а не правом, и любые намёки на независимые действия в сети представляют собой угрозу для пользователей. Известны случаи арестов и увольнений за лайки, посты или использование VPN. Власти могут изымать телефоны для проверки содержимого, особенно у молодежи.

Феномен фрагментации интернета становится всё более очевидным, так как разные юрисдикции выбирают различные подходы к регулированию цифрового пространства, многие из которых приводят лишь к увеличению локальных ограничений, а не к действительной защите пользователей. В будущие годы ожидается нарастание данного тренда, особенно в условиях политической и технологической конкурентоспособности. Время покажет, насколько масштабными станут эти изменения.